en / de

7,62 мм Винтовка Мосина обр.1891 г. (1891/30 гг.). Тула, 1930 год.


Винтовка Мосина обр.1891 г. (1891/30 гг.). Тула, 1930 год. 7,62-мм

из коллекции @in_einem_boot

2020-09-20_23-26-46.png

mosia_Tula_30_det_s.jpg

Русская 3-линейная (7,62-мм) винтовка Мосина образца 1891 года — магазинная винтовка, принятая на вооружение Русской императорской армии в 1891 году.

Имела другие названия — 7,62-мм винтовка обр. 1891 г. (1891/30 гг.) (официальное наименование до 1924 года), трёхлинейка, винтовка Мосина, «Мосинка» и тому подобные. Массово использовалась в период с 1892 до (в НОАК и КНА) конца 1950-х гг., в этот период многократно модернизировалась.

Patron_3_detali_s.jpg

Патрон к 3-линейной (7,62-мм) винтовке Мосина


Название трёхлинейка происходит от калибра ствола винтовки, который равен трём линиям (устаревшая мера длины, равная одной десятой дюйма или 2,54 мм).
На основе винтовки образца 1891 года и её модификаций был создан целый ряд образцов спортивного и охотничьего оружия, как нарезного, так и гладкоствольного.

Одна из первых в мире малокалиберных магазинных винтовок, принятых на вооружение в конце XIX в.

mosia_Tula_30_det_5_s.jpg


В результате модификации драгунского варианта винтовки, как более короткого и удобного, появилась единая модель — винтовка образца 1891/1930 гг. (Индекс ГРАУ — 56-В-222). Хотя она и содержала в себе целый ряд улучшений относительно исходного образца, по сравнению с аналогами, имевшимися на вооружении армий государств-вероятных противников СССР, она всё же выглядела не самым лучшим образом. Однако магазинная винтовка к тому времени уже не была единственным видом стрелкового оружия пехоты, поэтому в те годы ставка была сделана в первую очередь на создание более современных и совершенных его видов — пистолетов-пулемётов, пулемётов, самозарядных и автоматических винтовок.

В 1920-е — 1930-е годы в СССР винтовки Мосина использовались в системе всевобуча (всеобщее военное обучение) — система обязательной военной подготовки граждан, которая существовала в РСФСР и Советском Союзе и ОСОАВИАХИМа (Общество содействия обороне, авиационному и химическому строительству) для обучения стрельбе, широкое распространение получило движение «ворошиловских стрелков».

В 1928 году в СССР был начат серийный выпуск первых образцов оптических прицелов, специально разработанных для установки на винтовку обр. 1891 года.

В 1889 году Сергей Иванович Мосин предложил на конкурс трёхлинейную (7,62 мм) винтовку, выработанную на основе его же более ранней однозарядной, от которой была позаимствована практически без изменений затворная группа и ствольная коробка; некоторые идеи относительно конструкции магазина при этом были позаимствованы у испытывавшейся в том же году новейшей австро-венгерской винтовки системы Манлихера с пачечным заряжанием рядного серединного магазина, который был признан полностью соответствующим всем выставлявшимся требованиям.

018_000_s.jpg

Позднее, в самом конце того же года, бельгиец Леон Наган также предложил на конкурс свою систему (в том же 1889 году уже проигравшую в конкурсе на вооружение бельгийской армии винтовке Маузера). Винтовок Нагана было три экземпляра, все магазинные, калибром около 8 мм, хотя Наган взялся изготовить винтовку и калибром 7,62 мм. Система Нагана была признана в целом доброкачественной, но требующей доработки. Особенный интерес Комиссии вызвал магазин удачной конструкции с заряжанием из обойм, напоминавший магазин только что принятой в Бельгии винтовки системы Маузера.

mosia_Tula_30_det_1_s.jpg

В результате их испытания, а также сравнительных испытаний с австрийской винтовкой Манлихера, стало возможно окончательно определиться с требованиями к новой винтовке, современным языком — составить на неё техническое задание. Было решено принять калибр 7,62 мм (три русские линии), ствол и прицел по образцу Лебеля (но с изменением направления хода нарезки с принятого во Франции левого на правый), продольно-скользящий поворотный затвор, запирающийся отдельной боевой личинкой (так как замена личинки в случае поломки обходится дешевле замены всего затвора), магазин серединный, постоянный, с заряжанием из рамочной обоймы пятью патронами. Комиссия была вследствие этого в 1889 году переименована в Комиссию для выработки образца малокалиберного ружья.

041_000_s.jpg

Так как ни винтовка Мосина, ни винтовки Нагана требованиям этим в полной мере не соответствовали, конструкторам было предложено на их основе разработать новые системы, которые, таким образом, были изначально обречены быть в значительной мере схожи конструктивно, будучи созданы на основе одних и тех же разработанных Комиссией ствола и патрона, в комплексе определяющих все баллистические свойства оружия, и в силу выставленных ей требований используя одинаковые по типу затвор и магазин, а различия имея лишь в конкретном конструктивном оформлении этих элементов. По сути, перед Мосиным и Наганом была поставлена задача создания своих вариантов затворных групп и магазинов для уже имевшегося ствола.

104_000_s.jpg

Одновременно в 1890 году были рассмотрены ещё 23 системы, не показавшие, однако, преимущества перед уже отобранными для дальнейшего сравнения Нагана и Мосина.

После доставки из Бельгии опытной партии доработанных 3-линейных винтовок Нагана осенью 1890 года начались широкомасштабные сравнительные испытания обеих систем.

По результатам начальных испытаний винтовка Нагана показала некоторое преимущество, и на первом этапе конкурса Комиссия проголосовала за неё 14 голосами против 10. Впрочем, это голосование не было определяющим, так как первый этап конкурса носил по сути ознакомительный характер. 

мося затвор.png

К тому же, многие члены комиссии посчитали, что испытания показали равноценность представленных образцов — данная конструкции Мосина предварительная оценка по их мнению была связана главным образом с более низким качеством отделки по сравнению с демонстрационными образцами Нагана, при этом винтовка Мосина в целом была проще и конструктивно надёжнее. 

mosia_Tula_30_det_16_s.jpg


Разница в качестве отделки же была вполне естественна, с учётом того, что винтовки Мосина на тот момент представляли собой изготовленные в полукустарных условиях рядовые опытные образцы оружия, находящегося на самой ранней стадии доводки — в то время, как представленные для сравнения с ними винтовки Нагана, исполненные «с изумительной точностью» и очень хорошо отделанные, представляли собой дальнейшее развитие конструкции, в своё время уже представленной на конкурс в Бельгии и готовой к массовому производству ещё в 1889 году. Более того, писалось, что:

Принимая во внимание, …что представленные капитаном Мосиным на опыты ружья и обоймы изготовлены были при условиях крайне неблагоприятных и вследствие того очень неточно, ружья же и обоймы Нагана, напротив того, оказались изготовленными изумительно точно, генерал-лейтенант Чебышев не нашёл возможным согласиться с заключением, что обе испытанные системы одинаково хороши. По его мнению, ввиду изложенных обстоятельств, система капитана Мосина имела громадное преимущество.

mosia_Tula_30_det_10_s.jpg

Мушка винтовки Мосина образца 1891 года

Более детально ознакомившись с обеими системами и результатами войсковых испытаний (испытывались 300 винтовок Мосина и 300 винтовок Нагана), члены Комиссии пересмотрели своё мнение. На испытательных стрельбах винтовки Мосина дали 217 задержек при подаче патронов из магазина, а Нагана — 557, почти втрое больше. Учитывая тот факт, что конкурс по сути сводился именно к поиску оптимальной конструкции магазина, одно это вполне однозначно говорило о преимуществе системы Мосина с точки зрения надёжности, несмотря ни на какие «неблагоприятные условия». Кроме того, Комиссия пришла к выводу, что:

…пачечные ружья иностранца Нагана сравнительно с такими же кап. Мосина представляют собой механизм более сложный для выделки… и сама стоимость каждого экземпляра ружья несомненно увеличится.

Причём речь шла о более чем существенных затратах: даже по самым скромным подсчётам, производство системы Нагана дало бы дополнительные издержки в размере от 2 до 4 млн золотых рублей на первый миллион выпущенных винтовок, то есть по 2-4 рубля на каждую, при том, что общая сумма, требуемая на перевооружение одного русского солдата, в среднем составляла около 12 рублей. Кроме того, требовались дополнительно 3-4 месяца на освоение конструкции промышленностью, в условиях уже наметившегося отставания России от развитых европейских стран в перевооружении новым стрелковым оружием, при том, что винтовка Мосина уже готовилась к производству и была специально рассчитана на высокую степень технологической преемственности с уже выпускавшейся винтовкой Бердана.

mosia_Tula_30_det_6_s.jpg

Так что в 1891 году, по завершению войсковых испытаний, Комиссия выработала компромиссное решение: принята была винтовка, разработанная на основе конструкции Мосина, но с существенными изменениями и дополнениями, как позаимствованными из конструкции Нагана, так и выполненными с учётом предложений самих членов Комиссии.

Из опытной винтовки Мосина напрямую в ней были использованы планка запирающего механизма, устройство предохранительного взвода, затвор, отсечка-отражатель, защёлка магазинной крышки, способ соединения подавателя с крышкой, дающий возможность отсоединять крышку с подавателем от магазина, шарнирная антабка; из системы Нагана — идея помещения подающего механизма на дверце магазина и открывание её вниз, способ наполнения магазина спусканием из обоймы патронов пальцем, — следовательно, пазы для обоймы в ствольной коробке и, собственно, сама патронная обойма. Остальные части были выработаны членами Комиссии, при участии Мосина.

mosia_Tula_30_det_7_s.jpg

Изменения, заимствованные из винтовки Нагана (форма обоймы для заряжания, крепление подающей пружины к крышке магазина, форма отсечки-отражателя) несколько повысили удобство обращения с винтовкой, но даже в случае их удаления не лишали её функциональности. Например, если вообще отказаться от обойменного заряжания, магазин можно снаряжать по одному патрону. Если отсоединить подающую пружину от магазинной крышки, патроны будут по-прежнему подаваться, хотя повышается риск потерять пружину при чистке. Таким образом, роль этих изменений является вторичной по отношению к назначению и функционированию оружия и не даёт оснований для отказа признавать Мосина автором или ставить имя Нагана в название образца, не упоминая при этом авторов прочих, не менее важных, чем позаимствованные из его системы, добавлений.

Вероятно, наиболее полно отражающим авторство конструкции этой винтовки было бы название «Комиссионная винтовка образца 1891 года», по аналогии с немецкой «Комиссионной винтовкой» (Kommissionsgewehr) образца 1888 года, также выработанной в своё время комиссией на основе систем Маннлихера и Маузера.

Авторство новой винтовки абсолютно чётко сформулировал тогдашний военный министр П. С. Ванновский в своей резолюции по поводу принятия образца на вооружение:

В изготовляемом новом образце имеются части, предложенные полковником Роговцевым, комиссией генерал-лейтенанта Чагина, капитаном Мосиным и оружейником Наганом, так что целесообразно дать выработанному образцу наименование: русская 3-лин. винтовка образца 1891 года.

mosia_Tula_30_det_8_s.jpg

16 апреля 1891 года император Александр III утвердил образец, вычеркнув слово «русская», поэтому на вооружение винтовка была принята под наименованием «трёхлинейная винтовка образца 1891 года».

За Мосиным оставили права на разработанные им отдельные части винтовки и присудили ему Большую Михайловскую премию (за выдающиеся разработки по артиллерийско-стрелковой части).

Это было не первым случаем, когда образец, созданный на основе определённой системы с обширными добавлениями, принимался на вооружение русской армии под обезличенным индексом, без упоминания имени автора исходной системы; например, винтовка, выработанная на основе системы Карле (в оригинальной русской документации — Карля), в 1867 году была принята как «скорострельная игольчатая винтовка образца 1867 года».

mosia_Tula_30_det_12_s.jpg

Впоследствии, однако, стали раздаваться голоса о том, что такое наименование нарушало устоявшуюся традицию именования образцов стрелкового оружия русской армии, так как фамилия конструктора была вычеркнута из названия принятого на вооружение образца. В итоге, в 1924 году в названии винтовки появилась фамилия Мосина.

При этом, и в Наставлении 1938 и его переиздании 1941 года, в брошюре для ОСОАВИАХИМа 1941 года «Винтовка и её применение», и в Наставлении 1954 года винтовка (в варианте после модернизации 1930 года) названа просто — «обр. 1891/30 гг.», без упоминания каких-либо фамилий, — при том, что обозначения иных образцов (самозарядные винтовка и карабин Ф. В. Токарева, пистолет-пулемёты Г. С. Шпагина и А. И. Судаева и др.) в аналогичной литературе практически всегда снабжались примечаниями вида «конструкции такого-то» или «системы такого-то». Таким образом, вероятно, что и в этот период официально по отношению к винтовке продолжали использовать «обезличенное» наименование по годам её принятия на вооружение. В наставлении от 1938 года авторство винтовки также указано напрямую:

7,62-мм. винтовка обр. 1891 г., принятая на вооружение русской армии в 1891 г., была сконструирована капитаном Мосиным совместно с другими членами образованной для этого комиссии.

— то есть, точно так же указывает на «комиссионное» происхождение конструкции винтовки, хотя и не упоминая напрямую об отдельных заимствованиях из системы Нагана. За рубежом рядом с именем Мосина часто ставится имя Нагана, так же как и в названиях пистолетов «Токарев-Кольт» и «Макаров-Вальтер».

mosia30_volodia_gif.gif



Комментарии

Написать