К вопросу о боевых наголовьях 581 пехоты Священной Римской империи в первой трети XVI века, Николаев А.В. (Москва), Петрухин И.Н. (Тула)

Департамент культуры Минобороны России Российская Академия ракетных и артиллерийских наук Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи Война и оружие Новые исследования и материалы Труды Восьмой Международной научно-практической конференции 17–19 мая 2017 года 

ПЕРВАЯ ТРЕТЬ XVI столетия – время, когда Священная Римская империя вновь предприняла попытку усилить свое влияние в Европе. Не последнюю роль в этом сыграли представители династии Габсбургов – Максимилиан I (король Германии с 1486 г., император с 1507 по 1519 г.) и его внук и преемник Карл V (правил с 1519 по 1556 г.). При последнем владения Габсбургов расширились настолько, что на территории Священной Римской империи «никогда не заходило солнце». Стремясь отстоять и упрочить свои позиции, Священная Римская империя приняла активное участие в ряде военных кампаний. Одной из главных в тот период для нее стали «Итальянские войны» (1494–1559), где благодаря участию многих противоборствующих и союзных сторон происходило взаимопроникновение военных традиций, шло формирование и совершенствование комплекса наступательного и защитного вооружения, которое наряду с тактикой и выучкой давало возможность одерживать вверх над противником. При этом стал учитываться и такой важный факт, как все возрастающее количество пехоты и ее активные действия на полях сражений, что для предыдущего периода было не столь характерно. В этом контексте стоит особенно отметить получивших широкую известность и признанных лучшей наемной пехотой не только Священной Римской империи, но и всего общеевропейского региона немецких ландскнехтов. Созданная в середине 80-х гг. XV в. Максимилианом I «по образу и подобию» швейцарских баталий, уже  в начале следующего века благодаря своим боевым качествам немецкая пехота превзошла швейцарскую и практически целое столетие пользовалась заслуженным спросом среди нанимателей.

Традиционно в оружиеведении вопрос о формах и тенденциях в развитии боевых наголовий, входящих в комплекс защитного вооружения пехотинцев, обычно рассматривается глобально в общеевропейском контексте, без учета региональных и эксплуатационных особенностей. Тогда как на шлемы пехоты обозначенного периода, в первую очередь немецкой, следует обратить отдельное внимание, в связи с функциональной адаптацией ряда конструктивных решений, сформировавшихся, видимо, в среде именно профессиональной наемной пехоты.

В представленном ниже обзоре мы попытаемся разобраться в вопросе атрибуции типов шлемов, возможно, использовавшихся в пехоте первой трети XVI в. Для этого обратимся не только к вещественному материалу, но и к синхронным или близким по времени изобразительным источникам, персонифицированным предметам защитного вооружения, изготовленным в указанный период времени, а также к археологическим находкам, отнесенным к описываемому временному отрезку. Для обозначения видов наголовий мы будем вынуждены использовать терминологию и наименования, традиционно принятые в современном оружиеведении, хотя и не всегда отражающие региональные и национальные особенности данного вопроса.

Первый возможный тип боевого наголовья – так называемый «черепник» (нем. «Hirnhaube», ит. «Cervelliera», «Celatina»).

До настоящего времени сохранилось несколько рисунков самого начала XVI в., выполненных инженером и ландскнехтом Паулем Дольнштейном (1470–1513), участником осады нидерландского города Монтфорт и Датско-шведской войны 1501–1512 гг. Рисунки Дольнштейна достаточно просты, но вместе с тем выполнены с хорошей детализацией элементов вооружения. На ряде изображений мы видим ландскнехтов в простых полусферических шлемах с вырезами для ушных раковин и без, некоторые с чуть вытянутым краем в затылочной части.¹ Стоит здесь упомянуть и выполненный в 1521 г. Урсом Графом (1485–1529) рисунок «Поле боя», хранящийся в Музее Искусств в Базеле (Kunstmuseum Basel, инв. U.X.91),² один из рисунков 1524 г. «Швейцарцы в сражении» Ганса Гольбейна младшего (1498–1543) из Художественной галереи Альбертина в Вене (Grafische Sammlung der Albertina, инв. 17243)³ и датируемую 1530 г гравюру на дереве, выпущенную издательским домом Неккеров (Джобс Неккер, 1485–1548, Давид Неккер, 1530–1587), на которой изображен ландскнехтский офицер в боевом наголовье подобного типа.⁴ Также стоит упомянуть датируемую 1533 г. картину «Осада Алезии» Мельхиора Фазелена (1495–1538) из экспозиции Старой Пинакотеки в Мюнхене (Alte Pinakotheka, инв. 686).⁵

В атрибуции описываемого типа шлемов может помочь и находка 1873 г., когда в песчаной отмели вблизи Будапешта была найдена носовая часть корабля. В ней сохранилось 56 единиц предметов защитного и наступательного вооружения, в том числе, три экземпляра черепников. На двух из них поставлены клейма города Нюрнберга. Настоящее место хранения части находок – Военный музей Венгрии (Magyar Nemzeti Muzeum) в Будапеште. Исследователи связывают находку с рядом безуспешных осад захваченного в 1529 г. войсками Сулеймана I Великолепного (правил с 1520 по 1566 г.) города Буды войсками Габсбургов в 1530 или 1540–1542 гг.⁶

Также в данном контексте стоит отметить экспонирующиеся в Королевской Оружейной (Royal Armouries) в Лидсе части от пехотных доспехов немецкого типа, так называемой «алеманской заклепки» (аlmain rivet), в том числе и черепники (RA, инв. IV.276, IV.277). Вполне возможно, детали защитного вооружения являются остатками от 2000 полных комплектов, которые через посредничество флорентийского торговца Гвидо Портинари в 1512 г. закупил английский король Генрих VIII (правил с 1509 по 1547 г.), планировавший высадку войск во Франции.⁷

На рассмотренном материале мы видим, что черепник – небольшой шлем простой полусферической формы. Черепники исследуемого временного периода могли иметь с боков различной глубины вырез под ушные раковины, несколько смещенный к затылочной части, что оправдано малыми размерами шлема и удобством в эксплуатации (BM, инв. 1961, 0202.29)⁸ (ил. 1а). Судя по изобразительным источникам, ушные раковины воина могли защищаться небольшими металлическими пластинами, прикрепленными к верхней грани выреза или приклепанными с боков к подбородочному ремню (KB, инв. U.X.91, GSA, инв. 17243). Также особенностью некоторых образцов был несколько вытянутый нижний край затылочной части (RA, инв. IV.276)⁹ (ил. 1б). Черепники почти никогда не имели продольного ребра (гребня) по центру тульи. С приходом моды на так называемый «максимилиановский доспех» поверхность шлема  могла канелироваться в теменной и затылочной частях (одна из находок под Будапештом).¹⁰ 

Ил. 1: а. «Черепник», нач. XVI в. Вritish Museum, инв. 1961, 0202.29; б. «Черепник», 1500–1530 гг. Royal Armouries, инв. IV.276 

Ил. 2: а. «Черепник», 1500–1530 гг. Royal Armouries, инв. IV.277; б. «Черепник», Museum of New Mexico, инв.(?), 1-я пол. XVI в. 

В коллекции Королевской Оружейной в Лидсе (инв. IV.277)¹¹ хранится уникальный экземпляр черепника, выкованный целиком из одного листа, с отогнутыми под прямым углом краями по всему периметру, над ушными вырезами и козырьком в лобовой части (ил. 2а). Подобные особенности конструкции сближают данный экземпляр со следующим рассматриваемым типом наголовий.

Небезынтересным для рассматриваемой темы может быть черепник из берлинского Музея немецкой истории (Deutsches Historisches Museum, инв. W617).¹² Шлем изначально меньшего объема расширен при помощи создания округлого отверстия в теменной области, пропила от него к краю в затылочной части и приклепанной изнутри металлической полосой-проставкой.

Возможно, часть черепников изготовлялась из других типов шлемов, как правило, уже устаревшей конструкции или не пригодных по своим характеристикам для нужд пехоты. Например, в ходе раскопок в Нью-Мексико (США) в 1952 г. обнаружен черепник с хорошо выраженным центральным гребнем трапециевидного сечения.¹³ Скорее всего, находка является верхней частью купола салада, превращенного в черепник (ил. 2б). Примеры аналогично переделанных саладов хранятся в коллекциях ряда европейских музеев, в частности, в Национальном Историческом музее в Афинах (National Historical Museum, инв. В54 и В55) и др.

Таким образом, черепники описываемого периода – шлемы простой геометрии, но тем не менее достаточно вариабельные в своей группе. Судя по изобразительным источникам, могли использоваться как рядовыми пехотинцами, так и командирами различного ранга. Шлемы этого типа не выходят из употребления до середины XVII в., в основном уже как защита скрытого ношения под головным убором. ¹⁴

Второй возможный тип боевого наголовья – так называемая «каска» или «бургиньот» (нем. «Sturmhaube», ит. «Caschetto», «Borgognotta»).

Примеры подобных наголовий мы можем видеть на упоминавшейся ранее картине «Осада Алезии» (AP, инв. 686), на картине 1530-х гг. (возможно, позднее) неизвестного живописца «Битва при Павии» из Королевской коллекции в замке Виндзор (Royal Сollection, инв. 405792)¹⁵ и на гравюре № 4 серии «Ландскнехты на марше» 1535 г.  авторства Эрхарда Шона (1491–1542) из Музея герцога Антона Ульриха в Брауншвейге (Herzog Anton Ulrich Museum, инв. 1828).¹⁶

В отделе оружия венского Музея истории искусств (Kunsthistorisches Museum) храниться комплект полевых доспехов Конрада фон Бемельберга (1494–1567), изготовленный около 1535 г. мастером из Ландсхута Вольфгангом Гроссшеделем (1517–1566), в комплект которого входит и легкий шлем с козырьком и небольшим назатыльником (инв. A376).¹⁷ Аналогичные по конструкции наголовья можно увидеть в коллекциях Музея армии в Париже (Musee de l’Armee, инв. H37), Баварского музея армии в Ингольштадте (Bayerischen Armeemuseums, инв. А247) и др. Также близкий по типу экземпляр, вероятно, изготовленный на основе купольной части итальянского шлема середины XV в. типа «арме»,¹⁸ хранится в Швейцарском национальном музее в Цюрихе (Schweizerisches Landesmuseuм).¹⁹

Данный вид наголовья (ил.3а) в своей основе имеет общую форму купола с описанными ранее шлемами – простая полусфера, но с небольшим гребнем по центру или без него (АP, инв. 686). Поверхность могла быть как гладкой (KHM, инв. A376, SL, инв. 1.171.345), так и канелироваться в верхней части, чаще всего параллельными  гребню ребрами (AM, инв. 11501, ВА, инв. А247). Подобные наголовья снабжались отдельно выполненной деталью – козырьком округлой формы, как правило, подвижным (HAM, инв. 1828). Также обязательной и характерной чертой конструкции шлема является небольшой назатыльник, практически не уходящий за плоскость края тульи шлема или опускающийся чуть ниже (АP, инв. 686). Назатыльник выполнялся одной деталью с куполом шлема (MA, инв. H37)²⁰ или как отдельный подвижный элемент, состоящий из одного или двух сегментов (AM, инв. 11501, ВА, инв. А247, SL, инв.1.171.345). Ушные раковины закрывались небольшими пластинами различной конфигурации (AM, инв. 11501, ВА, инв. А247, SL, инв. 1.171.345). Таким образом, шлем фактически являлся черепником, снабженным дополнительными защитными элементами. 

Ил. 3: а. «Каска», 1520-е гг. Bayerisches Armeemuseum, инв. А247; б. «Бургиньот».Гвидобальдо да Монтефельтро, ок. 1505 г. Wallace Сollection, инв. А89 

На художественных источниках первой трети XVI в. с батальными сценами типологически схожие шлемы почти всегда изображены на солдатах, также снаряженных и другими элементами защитного вооружения различной комплектации (AP, инв. 686, HAM, инв. 1828). Таким образом, в зависимости от наличия и технологии декорирования, а также общего качества изготовления рассматриваемый тип наголовий мог являться элементом защитного снаряжения командного состава разного ранга, трабантов военачальников и хорошо вооруженных пехотинцев-«допельсолднеров» (солдат с удвоенным жалованием).

Подобные шлемы практически выходят из употребления уже к середине XVI в. Хотя есть и исключения – шлем из Военного музея в

Стамбуле (AM, инв. 11501) адаптирован в рейтарскую каску монтажом к лобной части купола характерной для XVII столетия предличной защиты вилообразной формы. Третий вид боевого наголовья, также традиционно называемый «бургиньот» (нем. «Sturmhaube», ит. «Borgognotta», «Caschetto»), но тем не менее отличающийся от рассмотренного выше. Подобные наголовья мы уже можем видеть на созданном в 70-х гг. XV столетия живописном полотне «Триумф Камилуса» неизвестного итальянского мастера из собрания Национальной галереи искусств в Вашингтоне (National Gallery of Art, инв. 1939.1.153)²¹, на картине 1530-х гг. неизвестного живописца «Битва при Павии» (RC, инв. 405792) и на гравюрах № 7 и № 9 из серии «Ландскнехты на марше» Эрхарда Шона (HAM, инв. 1828).

Также стоит отметить и замечательный образец полевого доспеха, изготовленный в мастерской Миссалья для Франческо Марии  делла Ровере (1490–1538), экспонирующийся во флорентийском Национальном музее Барджелло (Museo Nazionale Del Bargello, инв. M756).²² Аналогичные образцы в комплекте с полевыми доспехами хранятся в арсенале бывшего имперского замка Хурбург в Тироле (Schloss Churburg, инв. S79, инв. S80).²³ Подобный тип наголовий, скорее всего, явился результатом конструктивного поиска североитальянских доспешных мастерских в конце XV в. Судя по клеймам, аналогичные произведенным в итальянских мастерских шлемам к 20-м гг. XVI в. начинают производиться и немецкими мастерами-доспешниками.²⁴ Рассматриваемые шлемы представлены в коллекциях ведущих музеев Европы и Америки: лондонских Британском музее (British Museum) и Коллекции Уоллеса (Wallace Collection), Музее Фитцвильямса в Кэмбридже (Fitzwilliam Museum), Арсенале замка Хурбург в итальянском Тироле (Schloss Churburg), Музее искусств Метрополитен в Нью-Йорке (Metropolitan Museum of Art), Музее искусств в Кливленде (Cleveland Museum of Art), Музее истории искусств в Вене (Kunsthistorisches Museum) и др.

В основе данного типа шлема полусферическая купольная часть, как с небольшим центральным гребнем, так и без. К концу 1-й трети XVI столетия гребень несколько увеличивается в размерах, но тем не менее остается достаточно небольшим по сравнению с огромными гребнями у бургиньотов конца XVI и начала XVII вв. Многие ранние образцы усилены в верхней части купола шлема ребрами в виде «гармошки», перпендикулярными центральному гребню (WС, инв. А89, СМ, инв. 1916.1642) или нанесенными методом чеканки различными геометрическими элементами (MNB, инв. M756, FM, инв. HEM.M.78-1933²⁵) и (или) украшены гравировкой (WС, инв. А89). Позднее крупный геометрический декор на купольной части шлемов встречается все реже. К 30-м гг. XVI в. геометрия купольной части шлемов становится более разнообразной – появляются образцы сфероконической или более сложной грушевидной формы (КНМ, инв. А376) (ил. 4б). Описываемый тип шлема снаряжался, как правило, развитым козырьком полукруглой формы с большим выносом, как с лицевой, так и в височных областях. Позднее боковая часть козырька несколько уменьшилась в размерах. Чаще всего козырек подвижный – на двух боковых заклепках. Все ранние образцы этого типа наголовий имеют анатомичную сегментную деталь, защищающую целиком нижнюю часть затылка и всю шею до плеч и состоящую из четырех горизонтальных пластин (WС, инв. А89, ВМ, инв. 1881, 0802.37, SС, инв. S79, инв. S80). Последняя пластина значительно крупнее рядовых и равномерно изогнута наружу или имеет только отогнутый нижний край (ил. 3б, 4а). К 30-м гг. XVI в. за счет более развитой затылочной части купола шлема и укрупнения шейных пластин их количество сокращается до одной–двух (KHM, инв. А376, ММ, инв. 2015.304²⁶) (ил. 4б). Ранние экземпляры шлемов или не укомплектовывались отдельной деталью для защиты ушной раковины (WС, инв. А89, SС, инв. S79, инв. S80, HAM, инв. 1828), судя по всему, обходясь только лишь усиленным с боков металлическими пластинами подбородочным ремнем (ил. 3б), или имели небольшую деталь в форме раковины мидии (СМ, инв. 1916.1642),²⁷ либо трапециевидной формы. К сожалению, на большинстве дошедших до наших дней наголовий они утрачены, но остались отверстия для их крепления (ил. 4а). К 30-м гг. XVI века. эта деталь все увеличивалась, пока не превратилась в развитые нащечники (ил. 4б), полностью охватывающие голову с боков и доходящие до низа челюсти28 (KHM, инв. А376, ММ, инв. 2015.304). Таким образом, если ранние образцы подобных шлемов фактически еще являлись черепниками  с дополнительными защитными элементами (MNB, инв. M756, WС, инв. А89 и т. п.), то к 30-м гг. XVI столетия они уже эволюционировали в самостоятельный вид боевых наголовий. 

Ил. 4: а. «Бургиньот» Франческо Марии делла Ровере, ок. 1515 г. Museo Nazionale Del Bargello, инв. M756; б. «Бургиньот» Конрада фон Бемельберга, ок. 1535 г. Kunsthistorisches Museum, инв. А376 

Анализируя датировки изобразительных источников первой трети XVI в. (GSA, инв. 17243, АР, инв. 686, HAM, инв. 1828 и др.), возможно предположить, что данный тип шлема именно пехотинцами практически не использовался до конца 1520-х гг. Стоит отметить, что «бургиньоты» с датами изготовления в 1530-х гг. и характерными прогрессивными нововведениями в конструкции, как правило, были изготовлены лучшими мастерами-доспешниками своего времени для представителей высшего руководства и для среднего и младшего офицерского состава, а тем более простых пехотинцев были попросту недоступны. Судя по данным о персонифицированных владельцах, в зависимости от степени и технологии декорирования, а также общего качества изготовления, рассматриваемый тип наголовий в описываемый период мог являться элементом защитного снаряжения командного состава разного ранга, а с 30-х гг. XVI столетия – трабантов-военачальников и хорошо вооруженных пехотинцев первых линий боевых построений. Реальное отставание во внедрении наголовий новейших конструкций в более широкие армейские слои обычно составляло до 20–30 лет.

Тем не менее шлемы этого типа продолжали свое эволюционное развитие на всем протяжении XVI в. и получили широкое распространение во всем западноевропейском регионе, став одним из самых массовых и многофункциональных наголовий своего времени. Шлем использовался как пехотой, так и легкой кавалерией, а некоторые его разновидности, позднее трансформировавшись в рейтарскую каску, дожили до конца XVII в.

И последним из рассматриваемых видов шлемов, который мог использоваться в пехотных подразделениях, является шлем типа «салад» (нем. «Schaller», ит. «Celata»).

Наиболее ярким примером шлема этого типа служит наголовье доспеха, изготовленного в конце 20-х или начале 30-х гг. XVI в. молодым инсбрукским мастером Михаэлем Витцем (ок. 1510–1588) для одного из ландскнехтских командиров Франциска фон Кастелальта (ок. 1488–1555), принимавшего участие практически во всех знаковых сражениях начала XVI столетия – при Винченце в 1513 г., при Бикокке в 1522 г., при Павии в 1525 г. и др. (KHM, инв. А352).²⁹ На доспехе шлем представлен в комплекте с предличной защитой – бевором, заходящим под лицевой вырез шлема (ил. 5а). Подобной конструкции наголовье, скорее всего, не могло использоваться как шлем тяжелой кавалерии. Наконечник копья, попавший в любую зону лицевой части шлема, совершенно не мог бы соскользнуть и уйти в сторону, что привело бы к более чем фатальным последствиям для владельца. 

Ил. 5: а. «Салад» Франциска фон Кастелальта с козырьком и предличной защитой – «бевором», конца 1520-х гг. Kunsthistorisches Museum, инв. А352; б. «Салад» Якоба фон Эмбса, 1500-е гг. Kunsthistorisches Museum, инв. А190. 

Из аналогичных наголовий следует упомянуть покрытый бархатом шлем (ил. 5б) из защитного комплекса погибшего в битве при Равенне полковника Якоба фон Эмбса (КНМ, инв. А190).³⁰ По крайней мере, еще два салада с козырьком храниться в мадридской Королевской оружейной палате (Armeria Reale). Один из них ранее составлял комплект (AR, инв. А277(?))³¹ с полевым доспехом Хуана де Альданы, капитана, пленившего в битве при Павии в 1525 г. французского короля Франциска I (правил с 1515 по 1547 г.) и доступен в современной экспозиции музея. Другой – как часть одного из доспехов (AR, инв. А16)³² сына Максимилиана I Филиппа Красивого (1478–1506), герцога бургундского и короля Кастилии. Как и в случае с доспехом Франциска фон Кастелальта, салад дополнен  бевором, заходящим под боковины шлема. Также в один ряд с перечисленными встает шлем работы знаменитого аугсбургского мастера Кольмана Хельмшмидта (1471–1532), изготовленный в 1520-х гг.  (WC, инв. А105). Характерными особенностями, кроме накладного декоративного украшения с чеканкой на лобной части, является изготовленный одной деталью с куполом шлема козырек, сам купол без центрального гребня, защищающий шею «хвост», выполненный из двух сегментов, и затылочная часть с вычеканенным декором, повторяющим рисунок раковины мидии.³³

Из примеров в изобразительных источниках стоит назвать упоминавшееся ранее полотно неизвестного итальянского мастера второй половины XV в. «Триумф Камилуса» (NGA, инв. 1939.1.153) и картину «Осада Алезии» (AP, инв. 686), на которых, возможно, изображены аналогичные шлемы.

Рассматриваемый тип наголовья являлся уже несколько архаичным для первой трети XVI в. Основой для шлемов этого типа послужили салады различной, но тем не менее типичной конфигурации – со сферической купольной частью (ил. 5а) и центральным трапециевидным либо конусовидным в сечении гребнем или с тульей сфероконической формы (ил. 5б). Боковые части шлема полностью закрывали часть головы до височных областей включительно и опускались ниже ушной раковины. Довольно развитый козырек округлой формы мог быть жестко прикреплен к лобной части шлема или быть подвижным (ил. 5б).  Также козырек мог быть выполненным одной деталью с дополнительной налобной пластиной (ил. 5а) или с самим шлемом.

Принимая во внимание достоверную персонификацию владельцев почти всех саладов этого типа, хранящихся в музейных коллекциях, возможно предположить, что подобные шлемы составляли комплекты с полевыми доспехами, принадлежащими исключительно лицам из высшего командного состава. Наголовья этого типа, скорее всего, появились в конце XV в. и вышли из употребления после 30-х гг. XVI столетия из-за относительной громоздкости по сравнению с предыдущим рассмотренным типом наголовий и более сложного технологически процесса изготовления. Тем не менее, в Королевской Оружейной в Лидсе хранится открытый итальянский салад XV в. (RA, инв.I V.8)³⁴ с приклепанным козырьком характерной для XVII в. заостренной формы. Скорее всего, он был адаптирован для нужд легкой кавалерии в период гражданской  войны 1642–1648 гг. (в современном варианте экспонируется без козырька).

В представленном обзоре предпринята попытка анализа боевых наголовий первой трети XVI в., которые могли являться частью  снаряжения солдат пехотных подразделений, включая как и рядовой состав, офицеров различного ранга, так и высший командный состав. Надеемся, что статья послужит прологом для более детального и подробного исследования каждого из видов шлемов в отдельности.

Принятые в публикации сокращения названий музеев:

AM – Военный музей, Стамбул (Askeri Muze)
AP – Старая пинакотека, Мюнхен (Alte Pinaktothe)
AR – Королевская оружейная палата, Мадрид (Armeria Reale)
BA – Баварский музей армии, Ингольштадт (Bayerisches Armeemuseum)
ВM – Британский музей, Лондон (British Museum)
CM – Музей искусств, Кливленд (Cleveland Museum of Art)
FM – Музей Фитцвильямса, Кембридж (Fitzwilliam Museum)
GSA – Художественная галерея Альбертина, Вена (Grafische Sammlung der Albertina)
HAM – Музей герцога Антона Ульриха, Брауншвейг (Herzog Anton Ulrich Museum)
KB – Музей искусств, Базель (Kunstmuseum Basel)
KHM – Музей истории искусств, Вена (Kunsthistorisches Museum)
MA – Музей армии, Париж (Musee de l’Armee)
MM – Музей искусств Метрополитен, Нью-Йорк (Metropolitan
Museum of Art)
MNB – Национальный музей Барджелло, Флоренция (Museo Nazionale Del Bargello)
NGA – Национальная галерея искусств, Вашингтон (National Gallery of Art)
RA – Королевская Оружейная, Лидс (Royal Armouries)
RC – Королевская Коллекция, Виндзор (Royal Collection)
SC – Арсенал замка Хурбург, Тироль (Scloss Churburg)
SL – Швейцарский национальный музей, Цюрих (Schweizerisches Landesmuseuм)
WC – Коллекция Уоллеса, Лондон (Wallace Collection)

¹ Dihle H. Das Kriegstagenbuch Eines Deutschen Landsknechts um Die Wende Des 15. Jahrhunderts. Zeitschrift für Historische Waffen- und Kostümkunde. Neue Folge Band 3. (12)–7. (33.) Jahrgang. Heft 1. 1929. S. 1–11.

² sammlungonline.kunstmuseumbasel.ch/, Kunstmuseum Basel, Kupferstichkabinett, Amerbach-Kabinett, Inv. U.X.91

³ sammlungenonline.albertina.at/?query=Inventarnummer=[17243] &showtype=record

⁴ Blair C. European Armour circa 1066 to circa 1700. B.T. Batsford Ltd 1979. S. 118.

⁵ www.bildindex.de/document/obj00060006?part=8

⁶ Kovacs S.Tibor. Die Waffen aus Der Kopaszi-Sandbank. Folia Archaeologica XLIII, 1994. S. 251–278.

⁷ Blair C. Op cit. S. 118–119.

⁸ www.britishmuseum.org/research/collection_online/collection_object_details/collection_image_gallery.aspx?partid=1&assetid=19894001&objectid=76957

⁹ collections.royalarmouries.org/object/rac-object-15579

¹⁰ Kovacs S. T. Op cit. S. 255.

¹¹ collections.royalarmouries.org/object/rac-object-15584

¹² Müller H., Kunter F. Europäische Helme aus der Sammlung des Museums fur Deutsche Geschichte. Militärverlag, 1984. S. 131, 256–257.

¹³ Harold L.P.The Helmet Found at San Gabriel del Yunque, New Mexico // The Journal of The Arms & Armour Society. Vol. I. 1953–1955. S. 183–185.

¹⁴ Бехайм В. Энциклопедия Оружия. СПб., 1995. С. 51–52.

¹⁵ www.royalcollection.org.uk/collection/405792/the-battle-of-pavia

¹⁶ www.virtuelles-kupferstichkabinett.de/?id=e-schoen-wb3-0008

¹⁷ Gamber O., Beaufort C. Hofjagd und Rüstkammer. Katalog der Leibrüstkammer II teil. Der Zeitraum von 1530 bis 1560. Bramante Editrice, 1990. S. 64–65, Abb. 22; Beaufort C., Pfaffenbichler M. Meisterwerke der Hofjagd- und Rüstkammer. Skira Editore, 2005. S. 33–34.

¹⁸ Robinson H. R. “A Converted Helmet and Some Early Barbute and Armets”. The Journal of The Arms & Armour Society. Vol. I. 1953 1955. S.35–37.

¹⁹ Gessler E.A. Schweizerisches Landesmuseum. Führer Durch die Waffensammlung. Graphische Werkstätten H.R. Sauerländer & Co. Aarau, 1928. S. 64–65. Тaf. 23.

²⁰ Karcheski W.J., Richardson T. The Medieval Armour from Rhodes. The Trustees of the Armouries and the Higgins Armory Museum. 2002. S. 18–19.

²¹ www.nga.gov/content/ngaweb/Collection/art-object-page.294.html

²² Boccia L.G., Coelho E.T. L’Arte Dell’Armatura in Italia. Bramante Editrice, 1967. S. 208–211, 218–219, 227–228; Boccia L.G., Rossi F., Morin M. Armi e Armature Lombarde. Electa Editrice, 1980. S. 110.

²³ Trapp O. The Armoury ot The Castle of Churburg. Magnus Edizioni, 1995. S. 122–123, 127. Taf. LXIX; Scalini M. The Armoury ot The Castle of Churburg. Magnus Edizioni, 1996. S. 119–121, 294, 295.

²⁴ Hessink’s Auctions. Historic Arms & Armour. 27 January 2007, Kavel 1063.

²⁵ Eaves I. Catalogue of European Armour at The Fitzwilliam Museum. The Boydell Press, 2002. S. 188–189.

²⁶ www.metmuseum.org/art/collection/search/685229

²⁷ Gilchrist H. I. A Catalogue of the Collection of Arms & Armor presented to The Cleveland Museum of Art by Mr. and Mrs. John Long Severance. 1916–1923. S. 44–45, Pl. VIII. 

²⁸ Gamber O., Beaufort C. Hofjagd und Rüstkammer. Katalog der Leibrüstkammer II teil. Der Zeitraum von 1530 bis 1560. Bramante Editrice, 1990. S. 69. Abb. 21.

²⁹ Бехайм В. Энциклопедия Оружия. С. 45–46; Scalini Mario. The Armoury ot The Castle of Churburg. Magnus Edizioni, 1996. S. 144.

³⁰ Boeheim W. Kunsthistorische Sammlungen des Allerhöchsten Kaiserhauses Waffensammlung. J.Löwy, K.u.K. Hofphotograph Kunst- und Verlags-Anstalt. Wien, 1894–1898. S. 2, Тaf. III; Scalini Mario. The Armoury ot The Castle of Churburg. Magnus Edizioni, 1996. S. 119, 123.

³¹ Calvert A.F. Spanish Arms and Armour Being a Historical and Descriptive Account of The Royal Armoury of Madrid. John Lane Company, 1907. Pl. 7.

³² Calvert A. F. Op. cit. S. 67–68, Pl. 15b.

³³ Mann J. Wallace Collection Catalogues. European Arms and Armour. Vol. I. Armour. London, 1962. S. 110–111. Pl. 61; Capwell T., Edge D., Warren J. Masterpieces of European Arms and Armour in The Wallace Collection. London, 2011. S. 92.

³⁴ collections.royalarmouries.org/object/rac-object-1522